Домой Аналитика Как ПСРМ будет объединяться с ДПМ в правящую коалицию

Как ПСРМ будет объединяться с ДПМ в правящую коалицию

346
ПОДЕЛИТЬСЯ
„…Если объединить все плюсы и минусы реализации пяти версий постэлекторальной коалиции, озвученных главой государства, мы пришли бы к выводу о том, что наиболее реализуемой является версия правящей коалиции между ДПМ и ПСРМ. Она, по сути, является абсолютно естественной, особенно в свете общего лозунга: Про-Молдова! Итак, главный вывод следующий — у Молдовы есть будущее! Это логично! Не так ли”

Прошло уже 3 недели с парламентских выборов от 24 февраля 2019 года. Тем не менее, общество все еще остается в ожидании ответа на вопрос – что будет дальше? Высокопоставленные чиновники, представители различных политических партий, журналисты и политические комментаторы выдвигают всевозможные предположения относительно постэлекторальных сценариев, одни интереснее других. И то, что действительно радует — это уровень обсуждения этой проблемы. Тональность дискуссиям была дана самим главой государства Игорем Додоном, который провел публичные комбинаторные мероприятия, чтобы продемонстрировать нам всю палитру возможных коалиций, которых предлагают нам четыре политических формирования, избранных в парламенте. Как политик, хорошо знающий и математику, Игорь Додон описал возможные коалиции, категорически исключив из расчетов Партию „Шор”, а именно:- Широкая коалиция с участием 3-х парламентских фракций — Партия социалистов Республики Молдова (ПСРМ), Демократическая партия Молдовы (ДПМ), Блок ACUM -выражение национального согласия после кражи в банковской системы;

— Три возможности объединения из 3-х фракций по 2;

— Досрочные выборы.

Любой может убедиться в том, что глава государства прав – речь идет о пяти вариантах. Из комбинаторных расчетов Игорь Додон категорически исключил переходы депутатов из одной фракции в другую, дав понять, что договоренности могут быть только в пределах пяти сценариев. Итак, благодаря главе государства, перед нами весь комбинаторный спектр.

История проблемы

Необходимо признать, что это изобилие постэлекторальных версий воспламенило воображение некоторых политиков и лидеров общественного мнения до предела, после которых версии рисковали превратиться в диверсии. Примечательно, после провозглашения независимости у нас в Республике Молдова было 9 парламентских выборов, последние из которых состоялись 24 февраля 2019 года. В результате этих выборов в парламенте у нас были от 3 до 5 политических формирований, но никогда не было проблем с избранием руководящих органов парламента и назначением правительства.

Правда, после четырех выборов из девяти к власти пришли формирования, которые получили абсолютное большинство — Демократическая аграрная партия Молдовы (ДАПМ) в 1994 году и Партия коммунистов Республики Молдова (ПКРМ) в 2001, 2005 и в апреле 2009 года. Естественно, что в упомянутых случаях проблем не могло быть. В ходе других четырех выборах у нас было парламентское большинство и коалиционные правительства, созданные с определенными трудностями, которые оказались преодолимыми.

Таким образом, после парламентских выборов от 22 марта 1998 года, ровно через месяц, 23 апреля, лидер Движения за демократическую и процветающую Молдову (ДДПМ) Думитру Дьяков был избран председателем парламента. Еще через месяц, 22 мая, было утверждено правительство Чубук-II Альянса за демократию и реформы (АДР), состоящего из 3-х политических формирований. После досрочных парламентских выборов от 29 июля 2009 года, ровно через месяц, 28 августа, лидер Либеральной партии (ЛП) Михай Гимпу был избран председателем парламента. Менее чем через месяц, 25 сентября, было утверждено правительство Филат-I Альянса за европейскую интеграцию (АЕИ-I), состоящего из 4-х формирований. После досрочных парламентских выборов от 28 ноября 2010 года, примерно через месяц, 30 декабря, лидер ДПМ Мариан Лупу был избран председателем парламента. Всего через 2 недели, 14 января 2011 года, было утверждено правительство Филат-II Альянса за европейскую интеграцию (АЕИ-II), состоящего из трех формирований.

Наконец, после парламентских выборов от 30 ноября 2014 года, примерно через 2 месяца, 23 января 2015 года, один из вице-председателей ДПМ Андриан Канду был избран председателем парламента. Соответственно, менее чем через месяц было утверждено миноритарное правительство Кирилла Габурича, за которое проголосовали два коалиционных партнера – ДПМ и Либерально-демократическая партия Молдовы (ЛДПМ), а также оппозиционная Партия коммунистов Республики Молдова (ПКРМ).

Уникальная ситуация и преувеличенные опасения

Итак, в годы независимости Республики Молдова не было ситуаций, когда было бы невозможно избрание в разумные сроки руководства и рабочих органов парламента. Оказалось, что впоследствии было возможным и назначение правительства, даже если и миноритарное. Сейчас, после выборов от 24 февраля 2019 года, почему мы должны беспокоиться о возможной невозможности создания парламентского большинства и утверждения правительства, будь то оно и миноритарное? Конечно, есть основания для такого беспокойства, но опасения кажутся преувеличенными.

Во-первых, после последних выборов от 24 февраля 2019 года у нас сложилась уникальная ситуация. В новом парламенте есть политическая сила, которая фактически обладает реальной властью до начала диалога и переговоров по созданию парламентского большинства. Речь идет о ДПМ, которая смогла продвинуть во главе всех правовых и регулирующих институтах людей, лояльных партии, которые практически несменяемы на протяжении всего срока полномочий вновь избранного парламента. В этом контексте следует добавить, что нет сомнений в том, что фракция Партии „Шор” является простым аппендиксом ДПМ, у которой в связи с этим наибольшее количество депутатов в парламенте. Действительно, являются лишними любые аргументы и доказательства того, что Партия „Шор” и три независимых депутата представляют собой „золотой резерв” ДПМ, который может быть активирован в любое время, но только в ситуациях форс-мажора.

„Четыре апостола были тремя…”

Поэтому пять версий главы государства, по сути, сводятся лишь к двум: какое из двух парламентских формирований – ПСРМ и ACUM согласится или будет вынуждено стать партнером ДПМ? Возможная специальная коалиция между ПСРМ и ACUM очень маловероятна, практически невозможна из-за ряда факторов: глубокое отсутствие доверия из-за интриг ПСРМ вместе с ДПМ против ACUM; преследование двумя формированиями стратегических противоположных целей, которые после возможной специальной коалиции стали бы в некотором роде антагонистами, тем более, что ПСРМ сохраняет в своей политической программе положение об отмене Соглашения об ассоциации между Республикой Молдова и ЕС; чрезвычайно большой риск возможной коалиции между ПСРМ и ACUM, в условиях, когда правовые и регулирующие институты остаются лояльными ДПМ, закончится сразу после объявления, благодаря шантажу уголовными делами против некоторых лидеров, в том числе неформальных.

Итак, остается увидеть, как можно решить дилемму создания коалиции ДПМ с одним из двух формирований. Поскольку появление и обоснование существования Блока ACUM, согласно его официальным документам является избавление „захваченного государства от олигархического режима” установленного ДПМ, трудно поверить, что лидеры ACUM могут позволить себе принятие правящей коалиции с ДПМ. С другой стороны, для ПСРМ нет никакого табу в отношении коалиции с ДПМ. Может существовать только страх быть съеденной ею, как это было в случае ПКРМ, ЛДПМ, Либеральной партии (ЛП), Европейской народной партии Молдовы (ЕНПМ). Тем более что правовые институты находятся под эффективным контролем ДПМ.

Из-за страха и/или добровольно?

Тем не менее, на ситуацию не надо смотреть только через призму страха. Есть и ряд факторов, которые делают коалицию двух формирований – ДПМ и ПСРМ, абсолютно естественной, поскольку оба формирования имеют много общего: утверждают, что они являются левого толка, разделяют социал-демократические принципы и, соответственно, социалистические доктрины; продвигают лозунг про-Молдова, настаивая на разработке государственной доктрины по укреплению суверенитета Республики Молдова, в том числе по отношению к рекомендациям Венецианской комиссии, что было доказано по обоюдному согласию; выступают за построение гражданской нации в Республике Молдова, которая разбавила бы этно-лингвистический фактор, разделяющий молдавское общество; выступают за превращение Республики Молдова в мост между Востоком и Западом, не слишком близко приближаясь к тому или иному полюсу, и этот мост, вероятно, служит „четвертым путем” на Юг, то есть к Турции, Объединенным Арабским Эмиратам и т. д., где были бы найдены заявители молдавского гражданства Республики Молдова взамен инвестиций и т.д. Эти общие черты между ДПМ и ПСРМ более чем достаточны для того, чтобы глава государства Игорь Додон, который идентифицирует себя как неформальный лидер ПСРМ, допустил примирение между двумя формированиями, абстрагируясь от вопроса о краже в банковской системе страны в 2014 году.

В конце концов, у ДПМ есть еще несколько „тузов в рукаве”, которых она могла бы использовать для убеждения ПСРМ принять правящую коалицию. Например, ДПМ могла бы использовать международный престиж формирования, чтобы быть более убедительной перед ПСРМ. В связи с этим не следует забывать, что лидер ДПМ Влад Плахотнюк является вице-председателем Социалистического интернационала, избранного на эту должность только два года назад на XXV съезде организации, состоявшемся 2 — 4 марта 2017 года в Картахене, Колумбия. В этом качестве, лидер ДПМ должен продвигать социалистические ценности в пространстве СНГ. А лучшей возможностью показать центральной структуре достигнутые успехи, было бы убедить социалистов из ПСРМ продвигать социалистические ценности вместе, формируя правящую коалицию — Здесь, Дома, в Молдове!. Что может быть более естественным в этом отношении?

И действительно, может ли ПСРМ, как формирование, разделяющее социалистическое учение, отвергнуть коалицию с ДПМ, которая уже удостоилась признаний на международном уровне? Кроме того, ПСРМ может извлечь выгоду из объединения с ДПМ, которая, в свою очередь, может в конечном итоге поддержать вступление ПСРМ в эту международную организацию. Кроме того, если между двумя формированиями осталось недоверие, то оба могут обратиться за посредничеством к общему партнеру. В связи с этим, не следует забывать, что как ДПМ, так и ПСРМ подписали соглашения о сотрудничестве с правящей партией Российской Федерации, с Партией Единая Россия, ДПМ с 16 сентября 2010 года, а ПСРМ от 9 июня 2017 года. Такое посредничество было бы целесообразным, учитывая опыт ДПМ, которая уже прибегла к такой услуге в декабре 2010 года, всего через несколько месяцев после подписания соглашения о сотрудничестве.

В заключении, если объединить все плюсы и минусы реализации пяти версий постэлекторальной коалиции, озвученных главой государства, мы пришли бы к выводу о том, что наиболее реализуемой является версия правящей коалиции между ДПМ и ПСРМ. Она, по сути, является абсолютно естественной, особенно в свете общего лозунга: Про-Молдова! Итак, главный вывод следующий — у Молдовы есть будущее! Это логично! Не так ли?

Эксперты ipn.md