Домой Аналитика Что мешает Додону и ACUM создать коалицию?

Что мешает Додону и ACUM создать коалицию?

525
ПОДЕЛИТЬСЯ
Фото: RTA
Последние дни отовсюду звучит идея «антиолигархической» коалиции социалистов Додона и проевропейцев Санду-Нэстасе. Сергей ИСАЕНКО разобрался, что мешает правой и левой оппозиции сблизиться.

Упущенный шанс 2016-го

После подведения итогов выборов в парламент Молдовы наступила пауза, которую ведущие политические силы страны решили использовать как таймаут. Эксперты и журналисты гадают, что происходит за кулисами молдавской политики. Главная интрига — образ будущей правящей коалиции, без которой Молдову наверняка ждут новые досрочные выборы.

О своей открытости для сотрудничества уже заявили демократы устами «хозяина Молдовы» Влада Плахотнюка. Со своей стороны лидеры проевропейского блока ACUM ранее неоднократно подчеркивали, что вступать в коалицию ни с кем не намерены. В свою очередь президент Игорь Додон, неформальный лидер социалистов, назвал четыре гипотетических коалиционных сценария и не исключил создание «широкой коалиции национального согласия» с участием трёх главных победивших партий.

Между тем, эксперты и общественники все чаще призывают оппозиционных проевропейцев и социалистов объединиться для борьбы с олигархическим режимом Влада Плахотнюка, который держит в своих руках важнейшие институты власти. По мнению аналитиков, сейчас у ПСРМ и ACUM есть уникальный шанс переиграть «кукловода» молдавской политики. Для этого им придется вспомнить 2016 год, когда и социалисты, и евроунионисты выступили единым фронтом против попыток Плахотнюка получить кресло премьер-министра. Тогда протестующим удалось даже ворваться в парламент. Впрочем, народные волнения прекратились после того, как конституционный суд решил проводить прямые выборы президента: ПСРМ и правые включились в предвыборную борьбу и баррикады опустели.

Некоторые эксперты считают, что решение КС было очень кстати, так как протест «выдыхался»: одно дело критиковать и обещать, и совсем другое — решиться на перезагрузку всей политической системы страны. Не удивительно, что вместо «войны с олигархатом до победного конца», к которой присоединились тогда тысячи простых граждан, правые и левые переключились на междоусобную борьбу за малозначимый президентский пост. Личные политические амбиции предсказуемо оказались важнее «освобождения» госинститутов, во имя чего граждане и выходили на протесты.

Важнее народных чаяний оказался и геополитический фактор. Бытует мнение, что Вашингтон и Брюссель увидели в досрочных парламентских выборах, вероятность которых в 2016 году была весьма высока, угрозу своего влияния в Молдове. Опасаясь возможного укрепления в парламенте пророссийского фланга, США и ЕС признали новый кабинет министров, фактически созданный Плахотнюком. Проевропейская оппозиция также почувствовала настроение своих западных кураторов, и поэтому идея деолигархизации власти уступила по значимости антироссийской риторике.

Три года назад у оппозиции уже был шанс свергнуть Плахотнюка, но ПСРМ и правые его упустили. В итоге за два последних года оппозиция не пыталась искать точки соприкосновения, к тому же идеологические и геополитические противоречия между флангами дополнились патологическим взаимным недоверием.

Принципиальность или страх?

Борьба за посты президента страны и мэра Кишинева превратила идеологических соперников в политических врагов. Этому в большой степени способствовали маневры Игоря Додона и ПСРМ, которые поддержали реформу избирательной системы и тем самым отчасти предопределили триумф демократов на выборах 24 февраля. С тех пор в рядах проевропейской оппозиции принято считать Плахотнюка и Додона союзниками и клеймить их обоих «захватчиками» государства.

Гипотеза о том, что ДПМ и ПСРМ работают «заодно», использовалась блоком ACUM в качестве пропагандистского инструмента. Отсюда и принципиальная позиция Майи Санду и Адриана Нэстасе — не вступать в коалицию ни с демократами, ни с социалистами. Такой подход удобен: критиковать действующую власть можно будет не только на улице, но и в парламенте, при этом отвечать за свои слова перед избирателями не придется.

О том, что у правых проевропейцев нет конкретного плана действий «по спасению Молдовы» свидетельствуют первые после выборов заявления Майи Санду. Лидер PAS обещала лишь внести законопроекты о захваченных институтах, неуверенно прикрывшись фатализмом: если их не примут, значит, так тому и быть. Подобная позиция приводит к вполне резонному вопросу: а действительно ли Майя Санду рассчитывала на победу и понимает ли она, что нужно делать? Похоже, что у АСUM нет иных тактических альтернатив, кроме глухой обороны и дрейфу по течению времени в комфортных парламентских креслах.

Между тем создание гипотетической коалиции социалистов с проевропейскми блоком в теории допустил даже Игорь Додон. «Не исключайте ничего», — заявил президент Молдовы в эфире телеканала НТВ в ответ на реплику журналиста, что лидеры ACUM намерены твердо придерживаться обещания ни с кем не объединяться. Такая коалиция, по его мнению, должна быть создана только на основе соглашения, определяющего правила игры. Правда, такого рода договор Додон не исключил между всеми сразу – ДПМ, ПСРМ и ACUM, фактически выразив готовность социалистов к широкоформатным переговорам с конкурентами. При этом вопрос, с кем объединяться, для Додона теперь не принципиален, хотя перед выборами он одинаково критиковал демократов и проевропейцев.

Поможет ли заграница?

Возможность создания евро-социалистической фракции в молдавском парламенте допускают и некоторые эксперты, полагая, что она может стать примером «перезагрузки» геополитической напряженности между ЕС и Россией. Трения между Вашингтоном и Брюсселем на фоне недовольства в ЕС санкциями в отношении Москвы лишили Запад прежней монолитности, а Влад Плахотнюк раздражает как Европу, так и Кремль.

Учитывая, что блок ACUM и ПСРМ ориентируются соответственно на Брюссель и Москву, в теории не исключено влияние данных акторов на формирование парламентского большинства в Молдове. Такой сценарий точно не устроит Вашингтон, который скорее пойдет на дестабилизацию ситуации в стране, чем допустит возможность сепаратной договорённости Брюсселя с Москвой и усиления позиций России в Молдове.

Скоро станет ясно, удастся ли их международным патронам договориться, а проевропейцам и социалистам найти формулу преодоления взаимной неприязни для решения главной концептуальной задачи — победы над олигархатом, претендующим на максимально долгое удержание Молдовы под своим полным контролем.