Домой Аналитика Яблоко от яблони недалеко падает

Яблоко от яблони недалеко падает

16
ПОДЕЛИТЬСЯ

Грабли Додона. Какие уроки следует извлечь гагаузам из правления «пророссийского» президента?

Игорь Додон пользуется среди жителей Гагаузии огромной популярностью, какую не имел ни один из его предшественников. Но так было не всегда. Ещё лет пять назад рейтинг и самого Додона, и его партии социалистов колебался в пределах статистической погрешности, и мерилом успеха для будущего президента было прохождение избирательного порога на парламентских выборах. Но как так произошло, что политическая сила, имеющая стабильно низкую популярность (при том, что в регионе она была всегда широко известна) вдруг резко завоевала сердца гагаузов?

Думаю, большинство прекрасно понимает, что «секрет полишинеля» популярности Додона в открытой поддержке Москвы, которой он добился. Достучавшись до нужных кабинетов в Администрации Президента РФ и выпросив признания себя в качестве «пророссийского» политика, лидер ПСРМ принялся лепить свою пиар-историю. Видя недвусмысленные сигналы российских чиновников, что именно Додона в Москве предпочитают видеть в качестве руководителя республики, жители Гагаузии отдали этому деятелю победу в президентской гонке. Люди прекрасно помнили предательство коммунистов и голосование за Тимофти, но авторитет России оказался достаточно весомым, чтобы Додон получил поддержку населения. Фактически, гагаузы поддержали не политика Игоря Додона, а ставку Кремля на него.

Примерно такой же путь к властному кабинету прошла и Ирина Влах, которая, будучи политической пустышкой (об этом красноречиво говорит её прошлый опыт в политике), одержала победу на башканских выборах только оседлав пророссийскую волну.

Казалось бы – гагаузы сделали Додона президентом и теперь ему пора возвращать должок. Продвигать гагаузов в центральные властные структуры, оказывать действенную (не декларативную!) поддержку нашим политическим инициативам и т.д. Однако сразу же после выборов с Додоном произошли такие метаморфозы, что он не просто данные им обещания не выполняет — он стал на откровенно антигагаузские позиции.

Конечно, можно восхищаться его «евразийскими» речами на международных форумах и умилительно смотреть на его фотографии с Владимиром Путиным. Но чтобы оценить его реальное отношение к действительности, лучше взглянуть на его дела на посту президента. Так, за полгода он кардинально изменил подход к решению приднестровской проблемы. Он больше не вешает лапшу про федерализацию Молдовы, а активно участвует в блокаде ПМР, и поддерживает политику правительства по насильному включению левобережья в состав РМ на условиях Кишинёва. А идея, что Гагаузия должна стать одним из субъектов федерации при президенте Додоне стала считаться экстремистской.

Полгода назад Додон обещал бороться против олигархического режима, но сегодня его «борьба» выражается в назначении преданных Плахотнюку людей на прокурорские и судейские должности, а также в продвижении от имени своей партии старого проекта ДПМ по смешанной избирательной системе.

Кстати, о смешанной системе. Помнится, Додон обещал гагаузам квоту в парламенте, но в его законопроекте, поданном в  парламент, о гагаузах не написано ни строчки.

Да, многие жители Гагаузии голосовали за Додона по расчёту. Перефразируя известное высказывание, «он сукин сын, но он сукин сын, на которого поставила Москва». Однако, был ли этот расчёт правильным или мы всё же просчитались?

Не знаю, как оценивают сегодня свою ставку в Кремле, там идёт большая игра и всех нюансов нам знать не дано. Возможно, в Кремле с самого начала допускали союз Додона с Плахотнюком и сегодня их правящий розово-голубой альянс никого там не смущает. Но это с позиции России. Я же пытаюсь увидеть дивиденды от президентства Додона для  нас, для Гагаузии.

Политические полномочия продолжают урезать, обещанных выгод от открытого экспорта не видно (по информации СМИ, из всех винзаводов Гагаузии активно экспортирует продукцию в РФ лишь один). Чем же нам довольствоваться? Снятыми с резиденции флагами ЕС и фоторепортажами с посещения кишинёвских рынков (в стиле «какой народный президент – даже на базар ходит!» — ага, ходит. Вместе с личным фотографом»)? Маловато как-то.

Пропагандисты Додона любят парировать, что ему на выборах не было альтернативы. Дескать, не за Санду же было голосовать. Это не так и попахивает дешёвой уловкой. Потому что когда в кафе нам не нравится меню, мы хотим найти другое заведение. Когда на рынке один продавец нам суёт поддельный товар, а другой – протухший, мы посылаем таких проходимцев куда подальше. Поэтому, реальная альтернатива была – это не ходить на выборы и тем самым привлечь внимание политического класса к проблемам региона. Ровно так было после нашего референдума. И Россия, и Европа и сама Молдова стали оказывать нам заметно большую поддержку после 2 февраля 2014 года.

Правление Додона поучительно в том смысле, что оно должно научить нас не очаровываться молдавскими политиками, которые поют нам сладкие песни. Используя нас как ресурс на выборах, они впоследствии забывают обещания и проводят одну и ту же политику. Будь то Додон, Тимофти или Воронин – все они одинаково игнорируют интересы гагаузского народа и рассматривают Гагаузию как обычный молдавский район.

Додон образца 2016 года и Додон образца 2017 – два разных образа. И по Приднестровью, и по Гагаузии, и по ДПМ. Увлёкшись пророссийским фантиком, мы не заметили, как наступили на грабли. Пойдёт ли нам этот опыт на пользу в будущем?

P.S. Первыми «партнёрами России» в Молдове были Воронин и Партия коммунистов. Куда завела их потом генеральная линия партии, все знают. Затем официально этот статус перешёл к ДПМ, которая в 2010 подписала Соглашение о сотрудничестве с «Единой Россией». Несколько дней назад очередь быть официальным партнёром дошла до ПСРМ. Думается, социалисты будут такими же «надёжными» друзьями России, как и их предшественники.

 

 Владимир Скворцов