Домой Выборы башкана Гагаузия после Формузала

Гагаузия после Формузала

40
ПОДЕЛИТЬСЯ

Анализ IPN: Через несколько месяцев у Гагаузской автономии будет новый башкан. Какие политические и геополитические перспективы открывает смена власти в Комрате?

«Времена Формузала»

8 лет для политики – внушительный срок. Представьте: у вас родился ребёнок, а в стране установилась новая власть. И вот власть дорабатывает свои последние месяцы, а ваш отпрыск, тем временем, уже посещает начальную школу. То есть, 8 лет – это не просто два 4-летних мандата. Это, в масштабах новейшей молдавской истории, — целая эпоха.

Если не брать уровень местных властей, то в Молдове есть лишь два политика, чьё правление было настолько длительным, что может быть названо «эпохой». Как нетрудно догадаться, речь в первую очередь идёт о «временах Воронина», чья партия правила в 2001-2009 гг. Вторым же долгожителем политического олимпа является башкан Гагаузской автономии Михаил Формузал, чьё правление в будущих хрониках будут обозначать 2006-2015 годами.

Как правило, смена долго правившей власти сопровождается заметными изменениями, как в плане содержания политического курса новых «кормчих», так и в отношении структуры политического ландшафта. О том, какой стала Молдова после Владимира Воронина, мы знаем. Какой будет Гагаузия после Формузала? — попробуем предположить.

«Звёзды» и новички

Полномочия нынешнего башкана истекают 15 февраля, и уже 22 марта состоится первый тур выборов нового руководителя края. О своих претензиях на пост главы Гагаузии уже официально заявили два кандидата – лидер гагаузских демократов Николай Дудогло и первый заместитель действующего башкана Валерий Яниогло.

Также сообщалось, что в выборах намерен участвовать Дмитрий Кройтор, руководивший автономией в 1999-2002 гг. Эту информацию подтвердил депутат Народного собрания Гагаузии Иван Бургуджи, выразивший готовность поддержать компанию Кройтора.

Традиционный кандидат на пост башкана от ПКРМ Ирина Влах официальных заявлений пока не делала, но её политическая и «благотворительная» активность подсказывает, что её имя наверняка будет среди списка кандидатов. Впрочем, после её скандального отказа войти в состав фракции ПКРМ в парламенте, свои силы в башканской гонке Влах, скорее всего, будет пробовать, как независимый кандидат.

Названные фамилии более-менее известны в Молдове, а их участие в предстоящих выборах было предсказуемо и год назад. Но в этом году список претендентов на башканский пост будет дополнен многими новичками, которые хоть и имеют определённый опыт региональной политической деятельности, но о столь больших амбициях, как руководство Гагаузской автономией, ранее не заявляли.

Такими вероятными кандидатами являются спикер Народного собрания, один из крупнейших гагаузских бизнесменов Дмитрий Константинов, депутат НСГ Сергей Чимпоеш, популярный в автономии представитель ПКРМ, депутат прошлого созыва парламента РМ Олег Гаризан, многолетний руководитель Чадыр-Лунгского района Сергей Бузаджи, и другие общественные деятели и успешные предприниматели региона.

Уже стало привычным, что анализ гагаузских политических процессов отталкивался от существования в автономии трёх противоборствующих сил: «команды Формузала», «команды Дудогло» и коммунистов. Сейчас же, даже поверхностный взгляд на предвыборный расклад позволяет понять, что мы имеем дело с ситуацией, в корне отличающейся от политической картины региона многих последних лет.

Формузал, по крайней мере, на ближайшие 4 года уходит из публичной политики. Другие «звёзды» высшей политической лиги Николай Дудогло и Ирина Влах существенно растеряли свой потенциал и уже не пользуются прежним доверием среди гагаузов. Они стали известны, как главные оппоненты Формузала, но с уходом своего соперника рискуют уйти с политического небосклона вместе с ним.

Сегодня фамилии Дудогло и Влах звучат примерно как Брагиш и Урекян в молдавской политике. И шансов у них возглавить регион примерно столько же, сколько у того же Урекяна – стать президентом.

Гагаузская политика с уходом Формузала станет более сложной и непредсказуемой. Что бы понимать местную политкухню, экспертному сообществу придётся запоминать много новых фамилий, изучать новые биографии, узнавать о новых отношениях. 

Между конфликтом и войной

В большой степени особенности гагаузской политики обусловлены стилем взаимоотношений с центральной властью РМ. Михаила Формузала нельзя назвать лояльным политиком. Можно вспомнить десятки случаев, когда он занимал позицию или делал заявления, критически воспринимаемые молдавским руководством, но соответствующие настроениям жителей автономии. Но и на серьёзную, необратимую конфронтацию, вплоть до начала 2014 года он не шёл. С 2006 года нынешний башкан успел поработать под началом четырёх премьер-министров и при каждом из них в Гагаузии реализовывались социальные проекты за счёт государственного бюджета. А трансферты, несмотря на обвинения в неадекватно малом их объёме, перечислялись в срок.

Следующий башкан, как и Формузал в начале своего правления, неизбежно окажется перед противоречивым выбором: во всём подчиняться государственному механизму, или действовать в соответствии с запросами местного сообщества, чьё видение места и роли Гагаузской автономии далеко не во всём совпадает с позицией Кишинёва.

Последние 8 лет мы видели, что есть возможность уйти от этого выбора, постоянно балансируя на грани между конфликтом и настоящей политической войной. Этот вариант, как может показаться, полностью не удовлетворяет ни гагаузское общество, ни политическое руководство страны. Однако подобная линия поведения со всеми её издержками является в то же время и условием некоей политической стабильности в регионе.

Слишком лояльный Кишинёву башкан будет неприемлем для жителей Гагаузии, которые избавятся от такого руководителя после первого же срока, если не раньше. И наоборот, слишком независимый башкан, не считающийся с позицией правительства,  не задержится на своём посту уже по инициативе молдавских властей.

Если тот, кто через несколько месяцев займёт должность Главы Гагаузии, не сумеет решить это противоречие и не выстроит взаимоприемлемую линию поведения, регион будет обречён на политическое «бурление».

Драматургия геополитики 

Третий аспект политического будущего Гагаузии вытекает из текущих геополитических тенденций в мире и регионе. В контексте нарастающего противостояния между Западом и Россией, и, в частности, локальной «схватки» за влияние над Республикой Молдова, Гагаузская автономия становится одним из тех мест, где это сражение будет происходить наиболее выражено.  

В практическом плане это будет заключаться в развитии той линии откровенно пророссийской активности, которую взяли гагаузские руководители накануне и после местного референдума о внешнеполитическом курсе. Регулярные визиты гагаузских делегаций в Москву, обещания эксклюзивных скидок на газ, переговоры об отмене российских запретов на импорт плодоовощной продукции и другой набор вопросов, сводящихся к побуждению официального Кишинёва на участие в российских геополитических проектах, — всё это наверняка будет важной составляющей в деятельности следующей администрации региона.

И хотя многие обещания Москвы в переговорах с гагаузскими представителями, в силу кризисного состояния российской экономики, могут остаться на декларативном уровне, такой крен в сторону Востока вряд ли останется без ответных действий со стороны западных партнёров Молдовы. Через различные программы Гагаузии могут попытаться открыть доступ к европейским фондам. В то же время официальные власти РМ могут попытаться привязать лозунги о евроинтеграции к реальному улучшению финансового благополучия региона. Тем более, что из всех грантовых средств, что получала Молдова от внешних доноров, в Гагаузии оседала действительно непропорционально малая их часть.

Если применить к геополитике законы драматургии, то в сюжете геополитического противостояния, которое мы наблюдаем, за обострением, рано или поздно, наступит развязка и финал. Главная интрига финала — претерпит ли изменения внешнеполитическая ориентация Гагаузии. Возможно, ближайшие годы дадут нам ответ на этот вопрос.

Вячеслав Крачун, IPN